В Обществе Волшебного Фонаря работает библиотекарь Фауст Геростратович, тихий неприметный человек. Мы его почти никогда не видим и, к стыду своему, иногда забываем звать на корпоративы. Но мы намерены прекратить это безобразие, потому что Фауст Геростратович один из ценнейших наших сотрудников. На днях он принес в редакцию историю. История эта, по ощущениям, не вчера была написана. По скромным подозрениям - начало прошлого века. Фауст Геростратович работает у нас давно и полулегально, никому не приходило в голову интересоваться, сколько ему лет. Однако ж он божится, что история эта - чистая правда, и что бывал он якобы в Народном доме Николая II и видел императорский Петербург накануне революции. Мы услышали: "революция" и тут же решили опубликовать.
 |
| Народный дом Николая II, 1910-1911. Сейчас там располагается театр "Балтийский дом", ст.м. Горьковская |
***
Не раз мне приходилось быть в С.-Петербургском Народном Доме имени Его Императорского Величества Николая II. Я следил за посетителями и заключаю: много сердец, томящихся и изнывающих от несчастной любви, можно встретить по вечерам там в те дни, когда Народный Дом открыт. Например, год тому назад я как-то случайно попал в Народный Дом, я был один. Тоска ужасная. На спектакль не пошел, а стал бродить по зале, предназначенной для гулянья.
Долго шлялся один, и вдруг, к моей величайшей радости, я встретил там моего друга, одного почтово-телеграфного чиновника, господина Л.
- Здравствуй, Фаустос! - радостно проговорил он. - Ты один?
- Да, как видишь. - А ты?
- Я тоже.
- В таком случае будем гулять вместе, - предложил я ему, на что он сразу согласился.
Я взял его под руку и мы, дружески беседуя, делали моцион из конца в конец залы.
- Фаустос! - обратился ко мне мой друг, -как тебе нравится вот эта парочка?
Я ответил: Знаешь что, Шура, мне почему-то в Народном Доме положительно никто не нравится. Не знаю, но полагаю, что это потому, что посетители Народного Дома разношерстные. Куда ни взглянешь, видишь непременно солдатика с молодой и довольно красивой проституткой, которая ведет себя нечинно, неблагородно. Взгляни кругом, ты встретишь здесь и семейных, и любовников, нередко попадают сюда карманщики и карманщицы, которые, не задумываясь, при первом удобном случае залезают в чужой карман. Вследствие этого почти на каждом месте ты видишь надпись "Остерегайтесь карманных воров". Конечно, я не уверяю, что они исключительно обретаются только здесь, их везде много, почти на каждом шагу нашей великой столицы. Но здесь их много-много!
-Ну, брось Фауст, перебил меня мой товарищ. Довольно, ораторствовать, довольно философствовать. Ты сегодня не в духе и тебе так кажется.
-Ну, не скажи, - возразил ему я ... мне...
Однако он перебил меня, и просил во имя дружбы не быть таким строгим критиком.
Конечно, трудно мне было согласиться, но это было необходимо, так как я его уже давно любил как друга.
- Ну, взгляни, Фауст, на эту парочку. Последим за ними! Почему-то мне кажется, что это довольно будет интересно последить за ними. Здесь кроется какой-то роман. Я их здесь встречаю очень часто. Лишь только они сядут за столик поужинать, ей не сидится, и она под предлогом посмотреть на открытую эстраду, оставляет мужа за столиком, а сама стремглав бросается на встречу к молодому, очень красивому офицеру-драгуну.
Я принялся следить, и действительно спустя несколько времени я уже красавицу встретил с офицером.
О, Боже! Как мило, как нежно, они беседуют, а там, там за столиком сидит бедный, молодой, обманутый муж.
Она проводит, обманывает его, а он беззаветно полюбив ее не замечает этого.
- Взгляни назад, вот, вот, еще идут муж с женой под ручку, смотри, а сзади их идет студент, вот она правую руку протягивает назад и студент сует ей в руку маленькую записочку. Он назначает ей свиданье. И муж, глупец, того не видит. Одним словом много таких примеров можно здесь видеть - так закончил мой друг.
Мы вошли в группу гуляющих и двинулись следом за красивой статной парочкой, мирно разговаривая между собой.
И вновь наш разговор, прерывается следующим инцидентом:
Молодую красивую статную парочку догоняет необыкновенной высоты женщина, довольно прилично одетая, и сзади ударяет рукой по голове дамочке, гуляющей с молодым человеком. Шляпа ее летит на пол. Он отворачивается и женщине-великану дает порядочную пощечину. Является полиция и приглашает троицу пожаловать к выходу.
Это действие кончилось, вот новое:
Маленький, лет тринадцати молодой еще дитя, так тихо крадучись, вмешивается в толпу, и вот он уже засовывает руку в посторонний карман. Его тоже, раба Божьего, хватают за руку, уличив на месте преступления. Он также предается в руки полиции, и ведут его к выходу.Ох, милый читатель, много таких эпизодов, я бы Вам рассказал, но это будет слишком много.
Сейчас я намерен рассказать вам про чистоту и опрятность буфета в Народном Доме. Это было сравнительно очень недавно: я пошел к буфету с целью что-нибудь перекусить, но не доходя до оного, меня одна молоденькая и довольно красивая официантка пригласила сесть за стол. Конечно, я согласился. Попросил подать мне порцию свиных котлет.
Официантка быстро поставила тарелки и, отойдя немножко поодаль, вынула из кармана своего платья ложку, нож и вилку - она это делала так быстро, однако от моего ока это не скрылось - вытерла их своим передником и подала мне.
-Скажите, пожалуйста, - спросил я официантку, - сколько приходится вам к одному платью пришивать карманов?
Она покраснела. - Почему вы это спрашиваете? - спросила она меня.
- Вы, кажется, ложки, ножи и вилки держите в кармане, неужели они не рвут карман?
- Что же делать? Так приказано. Коротко она ответила и отошла от столика, так как официанток лишают места, если только она позволяет себе вступить в разговор с гостем.
- Ну и правила - Неужели вилки, ножи и ложки не могут быть на буфете? Заметил мой товарищ.
Так приказано. Ответил я ему. Официантки и невольницы одно и то же.
Со всей искренностью, Фауст Геростратович
Комментариев нет:
Отправить комментарий