Популярная литература во второй половине XIX века — это очень широкая и плохо обозримая тема. Мало кто знает, но Российская Национальная библиотека в Петербурге постаралась представить в сжатом виде обзор рынка дешевых изданий в дореволюционную эпоху и посвятила целую выставку этой теме. Однако из-за коронавируса, о котором так много теперь говорят и пишут, эту выставку вряд ли смогут многие посетить. Поэтому Антигона Эдиповна, наш постоянный автор, попробовала перенести часть этой выставки сюда, в специальный выпуск Общества Волшебного Фонаря, дабы эта информация не ускользнула от заинтересованных лиц.
Читайте о всевозможных видах лубочной литературы: смешных и страшных историях, о сказках и переводных романах, о просветительской литературе для народа, о календарях и частных изданиях. Рассказываем обо всем в картинках, стараемся смотреть на литературу социологически.
Лубок: страшные истории
Высоким спросом у читателей пользовались “страшные” лубочные книжки. Заглавие напрямую определяло участь романа или повести: оно должно было быть хлестким и интригующим, привлекать внимание покупателя.
Репутацию специалиста по изображению сверхъестественного и “всевозможной чертовщины” имел лубочный писатель Валентин Волгин. К числу его произведений относились книги “Мертвец из гроба”, выдержавшая около двух десятков изданий, а также не менее любимая читателем волшебная повесть “Ночь у сатаны”. Зачастую названия не соответствовали содержанию книг, представлявших собой обработки традиционных сказочных сюжетов.
Лубок: смешные истории
Особую нишу среди лубочной продукции занимали “увеселительные” рассказы, в основе которых лежали анекдотические случаи. Характерными примерами подобных произведений являются книги лубочного писателя Михаила Евстигнеева. Недорогие книжки с его рассказами пользовались высоким спросом — комичного эффекта в духе балагурно-ярмарочной традиции Евстигнеев добивался за счет пародийного утрирования речи персонажей из купеческой и мещанской среды. К наиболее распространенным, как среди деревенских, так и среди городских читателей, были произведения “Говорящий покойник, или Вот так смерть!”, “Доморощенный танцор из Ножевой линии” и другие.
К жанру юмористического рассказа обращался лубочный писатель К. Голохвостов, который давал шаржированное изображение купеческого быта, например, произведение “Путешествие на Луну купца Труболетова, или Сон в руку” — перевод с французско-нижегородского языка; “Война купца Трифона Лукича Мухобоева с гейшами в Японии” и др.
Лубочная сказка
Лубочная сказка оказалась жанром на редкость жизнеспособным, вероятно, потому, что опиралась на устную фольклорную традицию и развивала тенденции, уже наметившиеся в фольклоре, авторские привнесения (психологизм, драматизация событий и т.п.) соответствовали новым эстетическим запросам читателей.
Последняя треть XVIII-XIX вв. — время возникновения, формирования и продуктивного развития жанра лубочной сказки. Стали издаваться многочисленные сборники русских народных сказок: “Деревенская забавная старушка, по вечерам рассказывающая простонародные веселые сказочки”, “Сказки об Иване Богатыре, Бабе Яге, Злотой рыбке” и др.
О Милорде Георге
Ярким примером лубочной “массовой литературы” XVIII-XX вв. является “Повесть о приключении английского милорда Георга”, впервые опубликованная в Петербурге в 1782 г. Ее автор, Матвей Комаров, по мнению Л. Н. Толстого являлся “ самым знаменитым русским писателем”, в том смысле, что его произведения имели широчайшее распространение. Книга многократно переиздавалась: только до революции вышло более 30 переизданий. Последняя публикация “Милорда” увидела свет в 1918 г. в типографии И.Д. Сытина, однако, большая часть тиража в том же 1918 г. была конфискована и уничтожена.
По своей сути “Милорд” является авторской обработкой анонимной рукописной повести XVII в. В основе произведения — незамысловатый приключенческий сюжет, полюбившийся читателям. Критики, напротив, отзывались о “Милорде” негативно. Например, В.Г. Белинский писал: “… были на Руси еще и глупее его книги: за что же они забыты, а он до сих пор печатается и читается? Кто решит этот вопрос!”
О Еруслане Лазаревиче
Широко распространенные лубочные произведения о витязе Еруслане Лазаревиче восходят к иранскому эпосу “Шах-Намэ”. Прототип Еруслана — национальный герой Ирана Уруслан Залазарович, он же Рустем, сын Залзары. Истории о приключениях бесстрашного воина были заимствованы из устных вариантов, распространенных среди персидского народа. Русские пересказчики дополнили истории, видоизменили их в соответствии с вкусами и традициями своей страны.
Пытаясь ответить на вопрос, почему русский читатель так полюбил истории о Еруслане Лазаревиче, И.Д. Сытин писал: “Очевидно, героизм, которым пропитаны … сказания, неизменно нравится русскому народу. Приключения, опасности, торжество над врагами и подвиги пленяют воображение. Проходят целые столетия, а художественное обаяние этих образов не теряет своей силы”.
К числу наиболее полюбившихся читателю лубочной литературы произведений относились сказочные повести о герое русского фольклора Бове Королевиче. В основе сказаний — итальянский рукописный роман XVI в., повествующий о подвигах Бовы из города Анконы.
Бова соединял в себе черты былинного богатыря, сказочного царевича, мужественного и удачливого рыцаря, благородного и решительного. Сказки о Бове были очень популярны и переиздавались практически ежегодно: существует статистика, согласно которой, в период с 1870 по 1878 гг. “Бова Королевич” был выпущен в количестве 245 тысяч экземпляров.
Книги о Бове читались наряду с духовной литературой: например, в Орловской губернии пожилые мужики, собиравшиеся зимой для совместного чтения, в одни дни читали житийную литературу, а в другие — лубочные издания сказок.
О разбойнике Чуркине
Приключения разбойников, их героизм, отвага и доброе сердце были одной из излюбленных тем у читателей лубочной литературы. К числу книг, распространенных в XIX в. и вызвавших массу подражаний, относится произведение о разбойнике Чуркине, созданное российским издателем и предпринимателем Николаем Пастуховым.
Прототип главного героя романа существовал на самом деле: бандит Василий Чуркин был предводителем банды, совершавшей разбои на Владимирской дороге. Чуркин был схвачен полицией, не благодаря своей жене сумел сбежать. О последних днях разбойника ходило много противоречивых слухов: кто-то говорил, что он скончался во время ссылки в Сибирь, кто-то утверждал, что он подстроил собственную смерть и скрылся в лесах.
Первые истории о Чуркине выходили на страницах газеты “Московский листок”. В 1880-1890-х гг. появилось большое количество небольших лубочных повестей, которые изображали всевозможные небылицы о разбойнике. Эти книги, выпускаемые значительными тиражами, были доступны читателям по всей России.
О Нате Пинкертоне
В начале XX в. была невероятно популярна дешевая детективно-приключенческая литература о сыщике Нате Пинкертоне. Незамысловатый захватывающий сюжет, интригующие и сенсационные названия, яркие кричащие обложки изданий — все это, безусловно, привлекало к себе широкую читательскую аудиторию. Массовое увлечение авантюрными романами о знаменитых сыщиках стало многими восприниматься как свидетельство социальной болезни, получившей название “пинкертоновщина”.
Несмотря на отрицательную оценку критиков и педагогов, книги о сыщике читались повсеместно. Сохранилось множество упоминаний о Пинкертоне в мемуарной литературе. Например, писатель В. Катаев отмечал: “Мы, как лунатики, погружались в чтение продолжения серии “Инесс Наварро — прекрасный демон”. Ничего вокруг не видя и не слыша, мы читали до тех пор, пока не дочитали до конца”. Прозаик Мариэтта Шагинян вспоминала свое детство так: “Да, Нат Пинкертон — жалкий предшественник блестящих английских детективов современности… Он, конечно, был пятачковым лубком и пошлостью. Им зачитывалась улица, уличные мальчишки, проститутки, парикмахерские подмастерья. Но я покупала и читала — и отрицать это не могла”.
Универсальная справочная книга
Календари являлись своего рода универсальной справочной книгой — “домашней энциклопедией”, способной дать ответы на многие вопросы. Одним из первых, кто понял, что календарь зачастую является единственным источником информации для массового читателя, был издатель И.Д. Сытин. Он отмечал, что поставил перед собой три требования издавать календари “очень дешево, очень изящно, очень доступно по содержанию”. Календари, выпускаемые в его издательстве, содержали обращение к читателю с просьбой сообщать о своих замечаниях и пожеланиях. Редакция впоследствии получала множество писем-откликов, в которых содержались читательские предпочтения. Например, просьба напечатать в календаре таблицу умножения, необходимую малограмотному человеку для посещения базара; указать, что такое затмение луны и солнца; рассказать, “что может Государственная дума и куда идут народные деньги” и др.
Советские календари, выпускаемые массовыми тиражами, также являлись своего рода “настольной книгой”, содержащей, помимо дат, массу разнообразной информации. Например, календари, предназначенные для школьников, включали загадки и игры, содержали в себе различные материалы для чтения: сказки, стихи, научно-популярные статьи.
Народная библиотека
Распространение в народе полезных и разумных книг, противодействие лубочным изданиям — основные цели издательства “Народная библиотека”, возникшего в 1885 г. Его владелец В.Н. Маракуев, стремясь расширить знания крестьян, издавал не только произведения русских писателей, но и зарубежных — Г.К. Андерсена, Ч. Диккенса, Г. Флобера, У. Шекспира, а также книги по сельскому хозяйству.
Необходимость бороться с лубочными изданиями казалась тем более очевидной, что к концу XIX в. рынок был наводнен низкопробной “популярной криминалистикой”, изданиями, сулящими быстро разбогатеть, удачно жениться и т.п.
Просветительская литература
**
С 1860-х гг. расширяется общественная и частная просветительская инициатива. Зарождается так называемая “народная книга”, издаваемая правительством и интеллигенцией для “низового читателя”, в первую очередь крестьянства, преследующая образовательные, нравственно-назидательные цели. Разворачивают свою деятельность комитеты и общества грамотности, комиссии народных чтений. Они выпускают дешевые издания русских классиков, учебную литературу.
Эти и подобные им попытки вытеснить лубочную литературу не имели большого успеха по нескольким причинам. Прежде всего, интеллигенция плохо знала народ и его запросы, как уже отмечалось, она свысока относилась к традиционной литературе. Народный читатель отвергал написанное барами. Неудача опытов по созданию общедоступной книги заключалась и в ее сравнительно высокой цене, неброском оформлении, а также неумении довести ее до потребителя.
**
Андреева О.В. Книжное дело в России в XIX - начале XX вв.
С 1870-х гг. началась интенсивная деятельность самых различных кругов общества по изучению народной жизни и народного читателя. Был издан первый в своем роде критический указатель книг для народного и детского чтения — “Что читать народу?”, подготовленный педагогом и просветителем Х.Д. Алчевской. Предпринимались попытки создать “специальные” книги для народа, полные нравоучений и предписаний. Среди подобных изданий: “Не гонись за большим — малое потеряешь, или Как крестьянин наживал деньги в Москве”, “Тонул, да выплыл, или Похождение мужичка в Питере”, “Не в деньгах счастье” и др. Однако, эти произведения не пользовались спросом, даже невзирая на свою низкую стоимость. Опыт показал, что никакой отдельной литературы для народа создавать не нужно.
В эти же годы окончательно оформились основные направления в тематике книг, предназначенных для народного чтения: идейное (пропагандистское) книгоиздание, просветительское и охранительное направления. К 1880-м гг. все более активно развивалась деятельность правительства, направленная на издание антиреволюционной литературы.
Издательство “Копейка”
В 1897 г. в Петербурге А.Э. Коганом, М.Б. Городецким и Б.А. Катловкером было основано акционерное издательство “Копейка”, которое специализировалось на выпуске дешевой печатной продукции, предназначенной для малообразованного городского населения.
Колоссальными тиражами издавались: “Газета-копейка”, иллюстрированный “Журнал-копейка”, юмористический “Листок-копейка”, “Веселый балагур”, “Альбом Копейки” и другие периодические издания. В 1909 г. газета “Копейка” начала выпускаться в Москве; во многих российских городах имелись собственные листки — приложения к газете.
Благодаря низкой стоимости продукция “Копейки” была распространена повсеместно. Существуют данные, согласно которым, тираж газеты “Копейка” к 1914 г. достиг 250 тыс. экземпляров.
Книгоиздательство К.Ф. Некрасова
Яркий пример некоммерческого провинциального издательства, преследующего эстетические и просветительские задачи, представляет собой “Книгоиздательство К.Ф. Некрасова”, племянника поэта. Оно сыграло заметную роль в литературном процессе 1910-х гг. В нем сотрудничали как крупнейшие представители русского модернизма, так и литераторы менее известные. Кроме символистских и романтических произведений, К.Ф. Некрасов печатал дешевые издания, предназначенные для солдат (“Библиотека войны”) и лубочную продукцию. Типография располагалась в Ярославле; по тщательности подготовки книг, их полиграфическому воплощению можно судить о потенциале, которым обладала русская провинция в предвоенные годы.
**
Андреева О.В. Книжное дело в России в XIX - начале XX вв.
Комментариев нет:
Отправить комментарий